Серпейка

Сегодня: 16 июля 2020 г.

Тонировка и Ремонт Автостёкол Серпухов

Город

Московская битва: крах «Барбароссы»

 Московская битва:  крах «Барбароссы»

06.12.2011

Правда о Великой Отечественной войне — суровая правда. Но это наша историческая память, которая имеет огромное нравственное, духовное и патриотическое значение для нынешнего и грядущих поколений. Она для нас священна!

Московская битва, 70-летие которой мы отмечаем в эти дни, стоит особняком в ряду других знаменательных сражений Красной Армии в годы Великой Отечественной войны. В каком-то роде она имеет даже большее значение, чем Берлинская операция 1945 года. Почему? Да потому, что именно там, под Москвой, была заложена основа для нашей будущей победы в Берлине.

Разгромив фашистские войска на подступах к столице, мы развеяли миф о непобедимости немецкой военной машины, подмявшей под себя на тот момент уже всю Западную Европу. Кроме того, был бесповоротно сорван гитлеровский план молниеносного захвата Советского Союза.

БитваГлавный вопрос, который могут задать читатели: как вышло, что немцы оказались под Москвой? Отдельные личности пытаются нам внушить, что немец так быстро, легко и практически без потерь (что уже не достоверно) продвигался в глубь страны исключительно по вине Сталина. Такое однобокое объяснение нельзя принимать за истину. Она всегда лежит в объективном и всестороннем анализе всех фактов. Вот что по этому поводу писал в своих воспоминаниях Г.К. Жуков: «Конечно, ошибки у Сталина были, но их нельзя рассматривать изолированно от объективных исторических процессов и явлений, от всего комплекса военных, экономических и политических фактов. Сопоставляя и анализируя все разговоры, которые велись И.В. Сталиным в кругу близких ему людей, я пришел к твердому убеждению: все его помыслы и действия были пронизаны одним желанием — избежать войны или оттянуть сроки ее начала».

Видимо, именно отсюда и проистекала его осторожность. Иосиф Виссарионович прекрасно понимал, что нельзя провоцировать немцев, нельзя давать им повода, чтобы впоследствии они могли использовать его для оправдания своих агрессивных устремлений. К тому же Сталин был уверен, что пока Гитлер не одержит победу над Англией, он не рискнет выступить против СССР. И в этом был очевидный просчет.

Сталин, будучи реалистом, конечно же, знал и понимал, что в готовности наших вооруженных сил к войне много прорех. Об этом он неоднократно говорил на Политбюро ЦК ВКПб. Об этом же шла речь на Главном Военном Совете в апреле 1940 года, сразу же после финской компании. По этой же причине произошла смена руководства Наркомата Обороны. Война застала нашу армию в стадии коренной реорганизации и перевооружения. Планировалось, что в 1942 году все будет завершено. Однако все вышесказанное вовсе не означает, что в предвоенные годы руководство страны вовсе не уделяло внимания обороноспособности наших рубежей. Другое дело, что на перевооружение армии, ее оснащение современной боевой техникой не осталось времени.

В своих воспоминаниях Жуков признается: «Надо ясно сказать, что немецкая армия к началу войны была сильнейшей армией мира, была лучше нашей армии, лучше подготовлена, выучена, вооружена, психологически более готова к войне. Она имела опыт войны, и притом опыт войны победоносной».

Что касается фактора внезапности, то Жуков говорил на этот счет следующее: «Главная опасность внезапности заключалась не в том, что немцы внезапно перешли границу, а в том, что для нас оказалось внезапностью их шестикратное и восьмикратное превосходство в силах на решающих направлениях. Для нас оказались внезапностью и масштабы сосредоточения их войск, и сила их удара. Это и есть то главное, что предопределило наши потери первого периода войны».

Еще один немаловажный момент. Готовясь к предстоящим событиям, руководство нашей страны прекрасно осознавало, что в случае войны нам придется противостоять не только Германии, а целой коалиции европейских государств, объединенных в военный союз с фашистами. Так оно и вышло. Кроме того, практически вся континентальная Европа работала на германскую военную машину, подпитывая ее своими людскими, сырьевыми, энергетическими, продовольственными и прочими ресурсами.

И.В. Сталин, выступая 6 ноября 1941 года на торжественном собрании в честь 24-й годовщины Великого Октября, так сформулировал создавшуюся на тот момент военно-политическую обстановку: «Одна из причин неудач Красной Армии состоит в отсутствии второго фронта в Европе против немецко-фашистских войск, что в настоящее время на европейском континенте не существует каких-либо армий Великобритании и США, ввиду чего немцам не приходится дробить свои силы и вести войну на два фронта… Обстановка такова, что наша страна ведет освободительную войну одна, без чьей-либо помощи, против соединенных сил немцев, финнов, румын, итальянцев, венгров». Вот и получается, что враг дошел до Москвы, потому что изначально был гораздо сильнее, чем мы.

Разгром немцев под Москвой нам достался огромной жертвенной ценой, невероятным напряжением сил и средств страны, народа, армии, в том числе и жителей Москвы и Подмосковья. И в связи с этим нередко в дискуссиях возникает другой вопрос: а надо ли было такой ценой защищать Москву? Не лучше ли и гуманней было поступить так, как это в свое время сделал главнокомандующий русской армией М.И. Кутузов, когда он после Бородинской битвы принял решение оставить столицу? То есть, отступить, сдать Москву немцам, а затем, накопив силы и средства, выдворить их не только из столицы, но и из страны в целом, причем с гораздо меньшими жертвами.

Нет, нельзя! В 1812 году Москва не являлась столицей Российского государства и, следовательно, ее сдача, хоть и была тяжелой утратой, но не имела таких последствий, которые могли бы наступить, повторись та же история в 1941-м. В те годы этот жест расценили бы как безоговорочное поражение. В книге воспоминаний «Ближние подступы» писательницы Елены Ржевской есть такие строчки: «Если немец там где-то и осилит, еще не вся беда. Но если немец двинет на Москву и захватит ее — это уже разом загорится небо и земля. Москва — это конец света, а не факт войны».

В октябре 1941 года состоялось специальное заседание Государственного Комитета Обороны, где было принято единогласное решение — Москву немцам не отдавать!

В дни самых ожесточенных сражений за нашу столицу Адольф Гитлер заявил своим сторонникам: «Великий час пробил: исход восточной компании решен. Я могу сегодня определенно заявить: противник разгромлен и больше никогда не поднимется». Но враг рано торжествовал. Советские люди уже для себя решили: как бы трудно ни было — ни шагу назад! И что самое главное — нашли в себе силы и действительно не пропустили врага!

Как бы ни изощрялись фальсификаторы, им не умалить того непреложного факта, что советские люди с честью выполнили приказ Родины — отстояли Москву. Мы должны знать и всегда помнить, что от исхода смертельной схватки с озверевшим врагом зависело, быть или не быть нашему Отечеству, быть или не быть нашему народу под рабской пятой фашистов. Поэтому наш священный долг — сохранить в памяти народа дедовскую боевую славу, добытую в боях под Москвой!

Василий Владимирович МАКОЛОВ,

ветеран Вооруженных Сил, историк

свести

Комментарии 0

Для того чтобы оставлять отзывы и комментарии, вам необходимо войти или зарегистрироваться на сайте